Ми не були готові до асоціації в 2013 році і так само не готові до неї сьогодні. Володимир Семиноженко: Потрібно жити своїм розумом, будувати країну виходячи із власних інтересівСергій Лівенцов:«НОВА ПОЛІТИКА» завжди відкрита до діалогу
ГоловнаГлавная
Регiональнi організацiї

Пошук

Теги

Пряма мова

Версія для друку 15 березня 2012

Володимир Семиноженко: Чи бути Україні тигром?

Чи бути Україні тигром?

Інтервю Володимира Семиноженка газеті "Московский комсомолец"


Успешное новаторство – вопрос не интеллекта, – воли.
Йозеф Шумпетер

РОССИЯ СПОРО СОЗДАЁТ СВОЮ СИЛИКОНОВУЮ ДОЛИНУ – В СКОЛКОВО. Как водится, в чистом поле и в пяти километрах от Москвы – к научным кадрам поближе. И решили кураторы проекта сделать автобан, чтоб въезжать в будущее во всём блеске. Построили. Через год проверили: батюшки-светы, дорога – чуть лучше просёлочной, мост в аварийном состоянии. А бюджетик-то – 200 миллионов долларов. Если бы полотно на эти деньги золотом покрыть, хватило бы на десятки километров. А ещё светлый путь в Сколково можно было бы выстелить чёрной(!) икрой в полметра толщиной. Вот такая инновация.

Или ГЛОНАСС, глобальная навигационная спутниковая система. В 2007 году премьер-министр Сергей Иванов продемонстрировал президенту Путину первый российский навигатор. Тот спросил, можно ли обеспечить им его любимого лабрадора Кони, чтобы не терялась. Через год первенец был готов. Когда это чудо техники добыли эксперты, выяснилось, что вся его уникальность состоит в том, что "российским жгутом соединён типовой корейский автонавигатор с украинским ГЛОНАСС/GPS-приёмником". Монитор, кстати, тоже был корейским. Прорыв?

Эти курьёзы, конечно, не отражают объективного состояния науки у наших соседей, но показательно, что в этой теме первыми всплывают нелепости. А что у нас? За ответом мы отправились к "первоисточнику" – главе Государственного агентства по науке, инновациям и информатизации академику Владимиру Семиноженко. Начали, разумеется, с более тесного знакомства.

– Владимир Петрович, вы в каких отношениях со своей "говорящей" фамилией?

– Мой двоюродный брат, писатель-переводчик Николай Дмитренко, уверяет меня, что её надлежит трактовать как производную от «семи ножей». Семь и без того сакральное число, а уж "семь ножей" – такой "союз", что хоть тайный орден учреждай! К слову, по маме я – Шульгин, это родовая линия, восходящая к слобожанским казакам ХVII века времён Хмельницкого, этимологическое значение фамилии – левша. А фамилия Семиноженко мне нравится своей раритетностью, она легко запоминается, хотя с переносом ударения на третий слог я уже смирился. У Семиноженко свои "конкурентные" преимущества, аппелирующие к "виду" чего-то подвижного, на глазах ускоряющегося. И уж в любом варианте моя фамилия неизбывно украинская.

– Кто в вашей семье был моральным авторитетом – отец или мать?

– Для меня – оба. Мой отец – кадровый военный, старший офицер, государственник, прошедший войну. Чинов не искал, был стойким патриотом, при том, что в Голодомор у него умерли родители, большинство братьев и сестер их многодетной семьи. Он отправлялся всюду, куда требовала служба, вот я и учился то в Харькове, то в Чечне, то на Волге. Мама пережила оккупацию, была ранена и представляла собой образцовый тип учителя.

– Выходит, вы "неизбежный" золотой медалист? И всё же – как можно знать и увлекаться всем?

– Скорее всего дали знать о себе бабушкины гены. Она была пламенной активисткой, делегатом Первого Всероссийского съезда колхозников.

– Ваша малая родина…

– Угол Рогнединской и Красноармейской в Киеве. Моими Елисейскими полями был парк Тараса Шевченко. Я также очень любил Днепр. А летние каникулы проводил на Слобожанщине в селе у бабушки.

– Вы классический Близнец?

– Да, мне нужно всё и сразу. А поскольку я скрытый левша и у меня одновременно активированы оба полушария головного мозга, то "нас" всегда двое.

– Вам свойственны сомнения?

– Если человеку они не ведомы, ему впору оказывать медицинскую помощь. Сомнение – продуктивная фаза любого мыслительного процесса, источник креатива, ведь в разрывах, несходимости данных – ключ к нахождению научной истины. Учёный сознательно идёт вглубь противоречия, зная, что там и таится решение. Сомнение – фермент мышления, выводящий неожиданный ответ на свет. Но само состояние, надо признать, малокомфортное.

– Физтех университета вы окончили экстерном…

– Чистая прагматика – рвался в настоящую науку. Я ещё учился в физико-математической школе, а страну покорил неотразимый Алексей Баталов в роли физика-ядерщика Гусева из "Девяти дней одного года". Мы хором скандировали Слуцкого: "Что-то физики в почёте, // Что-то лирики в загоне. // Дело не в сухом расчёте, // Дело в мировом законе". На четвёртом курсе я написал работу, что была представлена на "взрослой" Всесоюзной физической конференции и опубликована в журнале, имеющем английскую версию. Но при всей общественной ажитации и научном ренессансе тех лет существовали незыблемые этические законы. У меня, скажем, в свое время уже давно была готова докторская диссертация, но, почти как и на Сечи, где полагалось трижды отказаться от предложения гетманской булавы, следовало не настаивать на защите до тех пор, пока твоё профильное окружение не начнет говорить – ну когда же ты наконец станешь доктором наук? Так и стал им в 33 года. Могло быть и раньше.

– А карьеристы – их же во все времена водилось, как грязи…

– Мы же говорим о подлинных научных школах, подлинной научной элите. А я, смею надеяться, являюсь "внучатым" воспитанником прямой линии великого Льва Ландау – через Александра Ахиезера и моего непосредственного учителя – академика Виктора Григорьевича Барьяхтара. Для них этика научной работы не являлась пустым звуком, хотя личностно они были на редкость свободными людьми.

- Считается, что "заматеревший" учёный может быть каким угодно, но вначале надо быть немного сумасшедшим…

– А иначе в нашей науке делать нечего. Особенно когда работаешь один, как в теоретической физике. Она по определению предполагает максимальный уровень абстрактного мышления, предельную степень интеллектуальной интенсивности. Помните "Игры разума" с Расселом Кроу в роли гениального экономиста Джона Нэша? В фильме наглядно показаны те пиковые состояния и границы, на которые выходит человеческий разум и психика в моменты мозговой атаки неординарной научной задачи. В теоретической физике интеллектуальное напряжение таково, что вводит тебя в безопорное пространство, где нет мыслительных тождеств с реальностью, данной нам в ощущениях. Полный отрыв от эмпирического опыта во имя постижения связей и логики, которых до тебя никто не касался. Ведь науку движет новое, ей повторы ни к чему. И никаких гарантий успеха. Огромный, иногда на годы, риск. А стоящего результата добиваются единицы. Люди нередко ломаются. Я видел такое не один раз. И хочу вкратце пояснить читателям: физика микромира – а именно ею я преимущественно занимался и занимаюсь – материя особая. Непредставимая визуально, она требует совершенно специфического состояния сознания, свободного от предметных представлений. Только в этом случае и возможно событие мысли, в результате которого к некоему содержанию, полученному в ходе поисковой процедуры, невесть из каких слоёв и глубин добавляется толика нового знания, никоим образом не предсказуемого рационально.

– Есть стойкое заблуждение, будто ньютоны имеют меньшую отзывчивость к чуду жизни, чем гедонисты. Ваши творческие увлечения это ложное представление опрокидывают. У вас фотографии уходят в живопись, а живописные работы не стремятся быть подобием действительности, благоговея перед вечной красотой Божьего мира, не осквернённого людьми. В этом есть некое послание?

– Это больше личная психотерапия, стремление вернуть гармонию в картину мира, подверженную деформациям от занятий политикой и чиновничьей рутины.

– Владимир Петрович, а как могло случиться, что вы сразу были назначены генеральным директором Всесоюзного научно-производственного объединения "Монокристаллреактив" Министерства химической промышленности СССР, в котором работало свыше двух тысяч человек?

– В те годы это и вправду была номенклатура секретариата ЦК КПСС. Но в 1985 году уже делались достаточно смелые шаги в «перестройке», а я тогда работал старшим научным сотрудником Института низких температур, и тематика НПО была мне близка. В объединение тогда входили два опытных завода в Харькове и несколько курируемых производств научно-технологического сопровождения – в Сибири, Ставрополе, Ленинграде, Кировокане. Весомую долю заказов давала "оборонка". Украинская часть этого комплекса в 1995 году по моей инициативе была преобразована в первый в стране Научно-технологический концерн "Институт монокристаллов" Национальной академии наук Украины.

– Теперь этот бренд известен во всём мире. Уже в составе комплекса, находящегося по-прежнему в ведении Национальной академии наук Украины, – пять исследовательских центров, конструкторское бюро и один завод. Признание вашей корпорации принесли открытия, сделанные в области нано- и биотехнологий, конструкционных материалов, радиационной безопасности, микроэлектроники, физики высоких энергий, сложных молекулярных систем, новых диагностирующих маркеров и биологически активных соединений для медицины и фармакологии. Это я выписал самое доступное с сайта вашего Института для широкого читателя. Вы могли бы сказать о работе комплекса понятнее и конкретнее?

– Мы – создатели первых в стране и в СНГ отвечающих мировым стандартам серию медицинских томографических гамма-камер, интроскопов для таможенного контроля багажа и грузов, обнаружения в них радиоактивных веществ. Мы владеем технологиями выращивания самых крупных высококачественных искусственных сапфиров из обычного глинозёма, что незаменимы в оптоэлектронике, при изготовлении окон для космических кораблей, скальпелей для хирургии глаза, медицинских имплантатов. Благодаря нашим новейшим люминесцентным методам медикам стала доступна визуализация стволовых клеток. Мы разработали и выпускаем иммуноферментные и генетические тест-системы для диагностики опасных вирусных заболеваний человека – таких как СПИД, гепатит В и С, инфекций эмбриона, плода и новорождённого, субстанций для производства лекарственных препаратов. В целом в нашем активе – свыше полутора тысяч изобретений, защищённых авторскими свидетельствами и патентами Украины, России, Китая, Японии, США, Нидерландов, Швейцарии, Франции, Великобритании. А залог успеха – синергетический эффект от работы на стыках направлений, опоры на мощные научные школы, ставки на молодёжь. Сегодня около 48% сотрудников научных отделов Института монокристаллов – молодые учёные.

– Здорово! Но дальше – достаточно грустный поворот нашей беседы. Я не знаю учёного и менеджера, который для пропаганды и продвижения идеи технопарков в стране сделал бы больше, чем вы. И что же – в Китае их сегодня несколько сотен, а в Украине?

– Формально – 12, но, прозябая, действуют три: Институт электросварки имени Патона, наш Институт монокристаллов да Институт полупроводников. Всё.

– В "патоновском" технопарке, к слову, реализованы два проекта шестого, наивысшего, технологического уклада, а технология "сварки человека, его узлов и деталей" в США была признана планетарной сенсацией. Чем же это технопарки так не угодили чиновникам, что им так усердно пытались придать репутацию "бюджетных прорех"?

– Действия наших финансовых распорядителей в период 2005-2006 годов я иначе как вредительскими назвать не могу. Ведь мы создавали технопарки как первые центры кристаллизации инновационной деятельности. И за 11 лет работы они реализовали инновационной продукции на 13 миллиардов гривен. Миллиард гривен получили бюджеты и целевые фонды, ещё один миллиард был перечислен в казну после окончания спецрежима данного проекта. То есть государство, не утруждая себя ничем, получило от технопарков сотни миллионов гривен. Меж тем инновации – высокозатратны, им присущ высокий уровень риска при выведении продукции на рынки. Поэтому успешные страны неизменно идут по пути предоставления таким проектам самых широких преференций. Кто выделил землю Стэндфордскому университету при создании знаменитой Силиконовой долины? Государство США. Инфраструктура, строительство зданий – также огромные деньги. Американцы считают: самый "портативный" технопарк обходится в стартовые 15 миллионов долларов, срок выхода на самообеспечение – 10 лет. Барак Обама поставил задачу: на каждый доллар, потраченный государством на инновации, надо вернуть в казну два. У нас этот показатель и сейчас достигает 1,9 гривни на гривню вложений. С 1990 года более чем в три раза уменьшилось число работников инновационной сферы, в то время как в США и Западной Европе оно выросло вдвое, у азиатских "тигров" – вчетверо. А освоение новых видов техники у нас упало в 14 раз! И главное: прирост ВВП за счёт внедрения новых технологий в Украине составляет жалкие 0,7%, тогда как в развитых странах достигает 90%. Эти убийственные цифры.

– В чём корень зла?

– В представлении некоторых чиновников о том, будто в технопарках деньги гребут лопатой. И после вступления в силу ущемляющего закона о спецрежиме инновационной деятельности (2005 год), согласно которому были отменены целевые субсидии в виде налога на прибыль предприятий и налогового векселя по НДС, технопарки работают под невыносимым административным и фискальным гнётом. Вдобавок их обязали платить ввозную пошлину. Итог: с 1999-го по 2004 год объёмы реализации продукции технопарков росли с темпом от 50% до 70% в год. Начиная с 2005-го они так же стремительно пикируют.

– Но разве технопарки исключение? Отечественная наука в целом ведь тоже в бюджетной немилости?

– Тут надо сделать одно существенное различение. Речь не идёт о традиционном финансировании научной сферы в духе канувшего в Лету индустриального общества. Мировая модель развития поменялась до неузнаваемости. Девизом эпохи стали инновации и технологические прорывы, их стремительная имплементация в производство, создание мощного рыночного спроса на продукты и разработки завтрашнего дня. Именно они являются сегодня тягой научного бума, основой экономического благоденствия государств-лидеров. Яркий пример – фирма Nokia, которая возникла в середине 1990-х в достаточно депрессивной на тот момент Финляндии, а уже вскоре вывела страну к вершинам рейтинга конкурентоспособности. Украина же в эти годы проходила фазу "первоначального накопления капитала" и проспала все мировые старты, да и гарантированная законом норма бюджетного финансирования научно-технической деятельности в 1,7% ВВП никогда – я подчёркиваю, никогда! – не выполнялась даже на треть. Чаще всего государство в отношении науки довольствовалось 0,4% ВВП. Разумеется, мы боролись за изменение участи науки. Принимались важные законы и постановления, программы и концепции, проходили парламентские и общественные слушания, эта проблематика обсуждалась в Совете национальной безопасности и обороны. Сейчас действует программа экономических реформ, в соответствии с которой финансирование науки к 2014 году должно вырасти до 1,5% ВВП.

Но начинать реформы приходится в очень непростой ситуации. Так, количество инновационно активных предприятий к 2009 году сократилось с 25% до 10%, доля инновационной продукции в общем промышленном объёме упала до 4%, численность изобретателей и рационализаторов уменьшилась в 20 раз! Затраты на работу одного учёного у нас втрое уступают российским, они в 18 раз меньше, чем в Бразилии, в 34 – чем в Южной Корее, в 70 раз меньше, чем в США. Почему так происходит? Ответ элементарен до банальности. Наука в Украине и близко не является прибыльным делом. Если посмотреть на структуру приходящих в нашу экономику инвестиций, особенно прямых иностранных – точнейший индикатор! – становится понятной роковая неэффективность законодательных усилий и неустойчивость политических намерений в удержании науки в зоне первостепенных государственных приоритетов. Среди капиталовложений у нас лидируют перерабатывающая промышленность (27%), операции с недвижимостью (21%), торговля (7,5%). А наука и образование "довольствуются" половиной процента инвестиций! Законы, определяющие инновационный и научно-технический прогресс, не стали полноценным правовым фундаментом роста. Это скорее заброшенная пристройка, в которую никто не заходит, ибо доходы находятся в совсем иных сферах экономики. Меж тем в "остальном" мире наука, инновации и технологии являются главным источником капитализации. Особенно это заметно теперь, когда кризис обнажил всю технологическую исчерпанность нынешнего экономического устройства. Все решения по этому вектору ориентированы ныне на секторы роста. Эту формулу, кстати, ещё в ХIХ веке озвучил Авраам Линкольн, настаивая на необходимости подливать "масло коммерческого интереса в огонь человеческого гения".

– И что – полыхнуло?

– К сожалению, это очень инерционный процесс. Поэтому пока — нет. Еще в 2007-м республиканец Джордж Буш-младший подписал закон о продвижении преимуществ США в технологиях, образовании и науке, подкрепленный бюджетом в 33,6 миллиардов долларов. А демократ Барак Обама выдвинул образовательную программу по математическим и естественным дисциплинам "Гонка к вершинам". Бюджет – пять миллиардов долларов. При этом в новейшие энергетические технологии следующего поколения будет инвестировано 150 миллиардов долларов. Сопутствующий эффект: количество вакансий на рынке труда, где востребованы научно-инженерные кадры, ежегодно увеличивается на пять процентов, при том, что в остальных сферах – не больше одного. В гонку за лидером бросились Германия, Япония, Китай, энергично наращивает свой исследовательский потенциал и сектор разработок Турции, заметную фору даёт нам Россия. Мир осознал: выход из промышленной рецессии возможен лишь на путях восходящей волны внедрения новейших технологий. Сейчас судьба ведущих государств решается примерно лет на тридцать. Но уже сегодня рынок товаров, основанных на использовании нано- и биотехнологий, оценивается в 900 миллиардов долларов.

– А мы тогда снова оказываемся в обозе мировой цивилизации – в стране ведь даже физически нет средств, сопоставимых с теми, что вливают в свою инновационную поступь лидеры…

– Спору нет, ассигнования в науку во всемирном масштабе исчисляются сотнями миллардов долларов. Но как ни парадоксально, главный секрет научных прорывов далеко не только в финансировании. Чрезвычайное, а порой и решающее значение имеет эффективная, последовательная, целенаправленная и непрерывная научно-технологическая политика, реализуемая в государстве. И полагаю, что момент истины для Украины настал. И его в первую очередь знаменует программное заявление президента страны Виктора Януковича о необходимости вхождения Украины в число наиболее развитых стран мира до 2020 года. Традиционные секторы нашей экономики, как их не интенсифицируй, оставят нас на уровне третьего мира, а такую роль Украины наш Президент категорически не приемлет. Так что нам нужен свой Комитет будущего.

– И как с практическими шагами?

– Одна из целей программы экономических реформ уже достигнута – создан единый государственный орган управления научно-технической и инновационной сферой. Им стало Агентство по науке, инновациям и информатизации. Его окончательное становление – в том числе в части формата – ещё впереди, но воплощать политику обеспечения инновационного прорыва по формуле "обгонять, не догоняя" мы уже начали. Замечу, что в 2004-м её применение было бы неуместным и преждевременным, в 2014-м – будет запоздалым. Сегодня – самое время. И чтобы вынудить экономику, науку, образование и производство работать в единой связке, нужны всего три решения. Во-первых, надо чётко "прописать" сектор знаний в экономическом законодательстве – Налоговом, Хозяйственном и Административном кодексах. Во-вторых, сделать ставку на прорывы исключительно в технологиях шестого уклада. И, в-третьих, сформировать безотказные механизмы государственно-частного партнёрства. Госбюджет в одиночку не вынесет тягот научных затрат, а соглашаться на малое финансирование – преступно. Бизнес должен получить и однозначный сигнал от власти, который мотивирует частный капитал инвестировать в инновационно-технологическую сферу. Уникальность момента в том, что наука впервые не просит, а предлагает. И это предложение – достойное будущее Украины в мире высокой конкуренции и высоких технологий. Погубить этот грандиозный, исторический шанс – значит погубить наше завтра.

– Что же всё-таки делается?

– Благодаря поддержке наших инициатив премьер-министром Украины Николаем Азаровым правительство начинает масштабную реализацию ряда крупных инновационных проектов в наиболее динамично растущих секторах экономики. Так, в первом чтении принят законопроект, предусматривающий введение экономического эксперимента и создание благоприятных условий для развития ИТ-индустрии. Он вводит налог на прибыль ИТ-предприятий всего лишь на уровне 5%, предусматривает снижение до тех же 5% подоходного налога и устанавливает единый социальный взнос 5% с двойной минимальной зарплаты. Цель эксперимента – она же и задание правительства – к 2015 году поднять экспорт программной продукции до восьми миллиардов долларов в год. В прошлом году принято решение о создании Государственного небанковского финансово-кредитного "Фонда поддержки малого инновационного бизнеса". Запущен также многообещающий проект так называемых "ключевых лабораторий". Это своеобразная "красная книга" для учёных, ведь её суть состоит в поддержании "видимой" миром украинской научной элиты через финансирование конкретных поисковых работ, находящихся на пороге значительных научных открытий. И вот на базе двух отечественных институтов с наибольшим международным рейтингом в своей области – Института молекулярной биологии и генетики и Института физиологии имени А. Богомольца – стартовал проект, на реализацию которого государство через наше Агентство выделило один миллион долларов, что делает эту вновь образованную структуру вполне привлекательной для учёных, в том числе молодых, уехавших в поисках лучшей работы за рубеж. Пока таких проектов у нас три, но, как говорится, лиха беда начало. Главное – с избранного пути не сворачивать, и мы полны воли и решимости наращивать свои усилия с тем, чтобы всемирный тренд инновационно-технологического подъёма захватил Украину фундаментально и бесповоротно. Вопрос для нас стоит так: сегодня или никогда, ведь стране здесь нужна безоговорочная победа.

Джерело: "Московский комсомолец в Украине", 11 (728), 7.3-13.3.2012

Додати повідомлення

Вам необхідно зареєструватися або авторизуватися для того щоб створювати нові повідомлення.

Повернутися до архіву

Архів

Опитування

Мир на сході настане завдяки:

Результати опитувань

Пряма мова

Карта нової україни

Вiдео

Останні обговорення

Форум